Четверг , Август 22 2019
Последние новости
Главная / Государство / Грудинин о рейдерских захватах: земель, выборов, страны

Грудинин о рейдерских захватах: земель, выборов, страны

Грудинин о рейдерских захватах: земель, выборов, страны

Кандидат в президенты РФ №2 отвечает на вопросы зрителей и слушателей «Свободы»

Павел Грудинин, второй по числу голосов, собранных на президентских выборах, подвергается жестким преследованиям. Люди выходят за него на митинги, люди пытаются защищать его самого и его дело. За что ему мстит власть? В прямом эфире он отвечает на ваши вопросы слушателей РС.

Елена Рыковцева:

 

Не буду тянуть кота за хвост долго – с нами Павел Грудинин. Мы собрались по не очень веселому поводу, проблемы в Совхозе имени Ленина, их сотрудники, жители обратились в прессу с письмами. История грустная, мы о ней поговорим обязательно. Первый вопрос будет о московских выборах – это самое яркое событие дней, протесты под мэрией, был митинг на Сахарова, будет, наверное, митинг на Тверской площади за то, чтобы регистрировали независимых кандидатов, которых развернули, как известно, по совершенно надуманным поводам. Что вы думаете об этой истории?

Павел Грудинин: Это типичная для России история, когда могут пропустить только тех кандидатов, которые точно должны либо быть договорными, либо проиграть. Есть такое понятие «системные партии», там тоже кандидаты выдвинуты, они не собирают подписи, они не всегда удобны власти, власть пытается каким-то образом договариваться, если не договариваются, то начинают снимать этих кандидатов. И это, кстати, не только в Москве, недавно в Серпуховском районе выборы проходили, сняли трех кандидатов из списка КПРФ. Только что я был свидетелем переговоров в Карачаево-Черкесии, где сняли вообще весь список КПРФ, причем по надуманному предлогу. У нас же как: если вам что-то не нравится, идите в суд. А решение суда всем известно. Я в 2010 году баллотировался в главы Ленинского района, меня сняли по подписям. Я собрал две с половиной тысячи, мы все заверили у нотариуса, принес, пришел эксперт, полковник, сказал, что все подписи недействительны. Пришли люди, которые подписывались, сказали, что это мы подписывались. Судья сказал: нет, эксперт знает, вы ничего не знаете. Потом эксперт получил звание лауреата Ленинского района, получил трехкомнатную квартиру, а я, конечно, на выборы не попал.

Елена Рыковцева: То есть те графологи, которые сегодня разворачивали оппозицию, у них есть отличные шансы на улучшение своего материального положения?

Павел Грудинин: Как правило, это делается по-разному, но эти люди ангажированы властью, поскольку это все непрозрачно, все легко решается. Самое неприятное в нашей стране, что никто уже не верит в справедливый суд. Судья будет делать не так, как по закону, а так, как ему сказали, кто его назначает или кто участвует в его судьбе. Поэтому это типично для страны. Вообще, конечно, нужно менять избирательное законодательство. Мы все время сначала делаем какие-то ошибки, потом их исправляем, делаем еще большие ошибки для того, чтобы власти было удобнее.

Елена Рыковцева: Вы сами не стали играть в эту игру с подписями? Например, если бы сегодня вы задумали баллотироваться в депутаты Московской думы городской или областной…

Павел Грудинин: Я пошел бы по списку. Это игра с заранее известным концом, и все это должны знать. Кстати, об этом знают те, которые сейчас возмущаются, ходят на митинги. То есть кандидаты прекрасно знали, что их будут снимать. Так же как я скорее всего знал, что я проиграю выборы президента. На факт, как вы проголосуете, главное, как они посчитают. Первый этап – это отсечь всех нежелательных кандидатов по подписям. Кандидатов, которые получают большие шансы от политических партий, тоже начнут снимать. Те, которые будут не опасны, тех пропустят. Но если вдруг народ проголосует, а протестное голосование сейчас будет очень большим, против них, то, как это случилось в Приморском крае, отменят выборы.

Елена Рыковцева: Вы бы так посоветовали независимым: не играть в эту игру вообще? Вы говорите – они знают, чем закончится. Но за ними не стоит партия парламентская, они вынуждены собирать эти подписи. Что делать в этой ситуации?

Павел Грудинин: Все равно бороться. Они все делают правильно. Но они прекрасно знают, что они собрали прекрасные подписи, они прекрасно знают, что избирательные комиссии не правы. Есть шанс, что когда-то конституция Российской Федерации, законы начнут работать. Вы же видели, у Голунова не было шансов, у любого человека, которому подкидывают наркотики, не было бы шансов, но такой общественный резонанс, что его выпустили из тюрьмы. Система в этом отношении не сработала. Может быть, кто-то пройдет действительно. Власть же тоже должна каким-то образом реагировать.

Елена Рыковцева: Это была очевидная подстава, а здесь им очень сложно доказывать с этими подписями.

Павел Грудинин: Там очевидные ошибки, это очевидно всем, кроме Памфиловой. Человека записывают умершим, он приходит, говорит: какой же я умерший? А после этого ничего не происходит, не извиняются.

Елена Рыковцева: Они говорят: вот пришел один живой, второй живой, а у нас таких 70, а пришло только четверо живых. Где остальные 66? У кандидатов нет возможности набрать 66 остальных, которых заблокировали.

Павел Грудинин: У меня в 2010 году пришло больше ста человек, несмотря на это, судья все равно принял решение, что это не ваши подписи.

Елена Рыковцева: Доказать ничего невозможно, только давление, получается, только митинг.

Павел Грудинин: Если бы вышло не 25–30 тысяч человек, а 300 тысяч, что бы было?

Елена Рыковцева: Было бы примерно то же самое, что случилось с Болотной, когда Медведев пошел на изменение законодательства избирательного. Наверное, если бы вышло 300 тысяч, еще 300 тысяч, начали бы менять процедуру регистрации кандидатов.

Павел Грудинин: Вот вам пример других стран, когда против пенсионной реформы вышло в Египте полмиллиона или миллион граждан, после сказали: извините. В Гонконге вышло огромное количество людей, после этого сказали: не будет этого закона, который дает возможность по политическим мотивам высылать граждан. Поэтому тут вопрос активности, больше ничего.

Елена Рыковцева: Неслучайно Владимир Путин дает отступного с этой историей со строительством мусоросжигающего завода. Фраза такая прозвучала: надо прислушаться к мнению людей. Ее раньше не было, раньше он убеждал людей, что вам нужен этот завод, нужен этот полигон.

Павел Грудинин: Все совсем не так. Во-первых, это не дело президента – разбираться с этими вопросами. У нас система не работает. У нас по любому поводу, то трубу переложить где-то…

Елена Рыковцева: Это все делает президент, когда идет «Прямая линия», он переложит.

Павел Грудинин: Это абсолютно ненормально для любой страны, особенно для такой, как наша, с огромными просторами и огромным количеством людей. Другой вопрос, вы можете сказать, что отстояли сквер в Екатеринбурге. Кстати, с ребятами, которые в Шиесе стоят, разговаривал, пока ничего не приостановили. Сказали: проводим экспертизы, снимаем напряжение.

Елена Рыковцева: Перед Екатеринбургом он тоже сначала сказал на встрече с активом, что надо прислушаться к мнению народа. И в итоге опрос ВЦИОМа волшебным образом показал, что народ против, и волшебным образом сквер приостановили. Сейчас, может быть, такая же история начинается: надо прислушаться. Потом окажется, что прислушались и пошли навстречу.

Павел Грудинин: В Ликино-Дулево никто ни к кому не прислушивался, людям нанесли увечья. В Серпухове никто не прислушался, в Воскресенске никто не прислушался. В одном месте, может, кто-то и прислушался, но это не факт, что они победили. Потому что до сих пор там стоят люди в пикетах, до сих пор идет тихое противостояние. Никто не сказал: мы не будем этого делать. Поэтому тут вопрос – система не работает.

Елена Рыковцева: Но, видимо, может начать работать протестная система. Чем громче противостояние в Шиесе, тем больше шансов, что дойдет.

Павел Грудинин: Я бы хотел по-другому, я бы хотел, чтобы законы Российской Федерации работали. Не можешь начать строительство, пока не будет экспертиз, не будет общественного обсуждения, не будет многого, что должно быть. Власть полностью наплевала на те законы, которые сама и приняла. У нас есть закон 131, где написано, что если два поселения против объединения, то объединения не будет. Берут, одно поселение вообще не спрашивают, второе – подделывают решение Совета депутатов, на этом основании делают противоречащий закону документ, который позволяет объединение в городской округ.

Елена Рыковцева: И теперь что остается? Только митинги. Вы на митинге тоже сказали людям, что остается надеяться только на них. Давайте сюжет посмотрим про совхоз и про всю эту историю.

лена Рыковцева:

Что мне здесь непонятно – вот эта фамилия Палихата, который стоит за этим рейдерским захватом, за этой попыткой…

Павел Грудинин: Палихата – исполнитель. На самом деле рейдерский захват начался еще до начала президентской кампании. Подготовка к нему шла, мы об этом знали. Да, действительно, заказчиками являются структуры, близкие к правительству Московской области. Тут сложились политические и экономические вопросы. Палихата просто исполнитель, который, как обычно, что-то отжимает, поскольку он пользуется не совсем законными методами, он нужен для этого.

Елена Рыковцева: Наш корреспондент ссылается на «Коммерсант», а я прочитала кучу старых российских газет 13-летней давности, его давно называют рейдером. Из «Известий»-2006: «Со слов адвоката, несколько лет назад на здание института положила глаз компания «Сфера», руководителем которой является Владимир Палихата». Александр Хинштейн небезызвестный 7 сентября 2011 года писал: «Фамилия Палихата всплывала в связи с захватами того же НИИ ЭМИ, института Гипрохим. В 2001-м был осужден к двум годам за мошенничество, но амнистирован». Бесконечное количество историй, связанных именно с рейдерством. Получается, закон для него не писан вообще, причем за ним хвост уже этих историй. Он даже, говорят в прессе, умудрился посадить следователя, который хотел его посадить за рейдерство. Такой великий персонаж.

Павел Грудинин: Вы должны понимать, что ни один рейдерский захват не происходит без согласия или покровительства властных структур. Именно они являются конечными бенефициарами здесь. Поэтому и на свободе до сих пор, хотя чуть ли не до убийства доходило, люди, которые работали на него, тоже погибли – это все известно. Вопрос в другом, почему до сих пор этот человек на свободе? Ответ такой, что он очень выгоден власти, она сама рейдер. До нас добрались в последнюю очередь. Что вы думаете, 38 тысяч предприятий промышленных, больше 30 тысяч предприятий в Российской Федерации, сельхозпредприятий уничтожено с помощью кого? С помощью рейдеров. Эти рейдеры всегда были поддержаны сотрудниками спецслужб, сотрудниками правоохранительных органов или администрацией какой-нибудь районной, областной, чуть ли не федеральной. Это все известно. Для них законы не писаны, они пользуются покровительством. Сейчас наши акционеры стали получать письма, причем эти письма, я часть отнес в ФСБ, где угодно вас найдут, пишут: мы можем встретиться с вами в Лондоне, в США, в Италии, где хотите. Они знают всю информацию. Причем эту информацию они могут узнать только от спецслужб.

Елена Рыковцева: Какой же смысл писать в спецслужбы?

Павел Грудинин: Там группировки, одна группировка борется с другой. Может быть, как-то проскочит. Мы 25 лет проскакивали, это шестая рейдерская атака. Просто она сейчас настолько серьезная, поддержана на таком уровне, причем с применением судов, суды в открытую нарушают закон. Они просто выставили вперед Палихату, он засветился. Юристы, которые сейчас на него работают, они работали против нас на протяжении уже полутора лет, причем защищали клеветников, наезжали через пайщиков, которых у нас никогда не было, и акционеров на совхоз еще год назад. Просто сейчас показали, что они еще работают с Палихатой.

Елена Рыковцева: Три вопроса на улице как раз по этим поводам давайте послушаем.

– Я считаю, что они зря на Грудинина напали, надо дать ему дорогу и совхоз не отбирать. Он же сделал совхоз. Сейчас отнимут, и умрет совхоз. Я думаю, что к политике примешалась жена. Если бы не было политики, жена бы его была тихая, спокойная женщина. Я задам вопрос: по политическим мотивам на вас наехали или жена?

– Павел Николаевич, я голосовал за вас во время выборов президента, поддерживаю сейчас в вашей нелегкой борьбе. Как вы собираетесь выходить из сложившейся ситуации с преследованием вас и вашего бизнеса?

– Совхоз имени Ленина я знаю, клубника вкусная, мы покупаем. Про какие-то счета у него в каких-то банках. Есть ли у вас счета какие-то?

Елена Рыковцева: Все тот же вопрос, который мы с вами уже обсуждали. Владимир Путин пытался рассказывать…

Павел Грудинин: Он говорил про офшорные счета. В иностранных банках – это другое. В иностранных банках или в офшорах у меня счетов нет. Другое дело, что они до выдвижения кандидатом в президенты были, тут я ничего не скрывал. Тут как раз тот случай, когда президента неправильно информировали, потому что у меня никаких счетов после того, как я их все закрыл, стал кандидатом в президенты, их нет. Если отвечать на те вопросы, которые задали, да, политика однозначно там существует, присутствует. Да, моей бывшей жене, с которой я 10 лет не живу, сделали такое предложение, от которого она, видно, не смогла отказаться.

Елена Рыковцева: Давайте я за вас расскажу. Я прочитала заявление Геннадия Зюганова в Генпрокуратуру, он ровно об этом пишет, что сделали предложение бывшей супруге люди или сам Палихата, которое помогло им осуществлять этот захват.

Павел Грудинин: Они это официально подтверждают, что в деле есть доверенность, которую моя бывшая супруга дала Палихате. Но после того, как дело из Москвы вдруг передали в область, оно было рассмотрено в кратчайшие сроки, в одно заседание, отобрали акции не только у меня, но и у третьих лиц. Причем присудили две трети, хотя у меня есть несовершеннолетние дети, она за неделю оформила инвалидность, что сделать очень сложно, особенно, когда ты переехал из Москвы в Московскую область, сразу оформить инвалидность.

Елена Рыковцева: Это можно сделать, если за вами…

Павел Грудинин: Очень серьезные люди. Это даже не Палихата – это люди, судя по всему, это спецслужбы или люди, которые за деньги помогают Палихате. Он уже празднует победу, потому что сейчас второе решение суда.

Елена Рыковцева: Теперь вопрос нашего второго прохожего, что делать, как вы будете противостоять?

Павел Грудинин: Во-первых, есть законные методы борьбы – это обращаться в вышестоящие суды, и мы это делаем. Второе – это консолидировать акции, потому что сейчас у них 42%, они поэтому и нажимают на наших акционеров, предлагая им сумасшедшие миллионы, сотни миллионов, чтобы акционеры отдали недостающие им акции. После этого на нас стали нападать правоохранительные органы, судебные приставы, они просто такой геноцид устроили. После двух предложений, которые акционеры отклонили, просто не стали разговаривать, они стали всякую грязь лить через телеграм-каналы различные, пытаются дискредитировать руководство. На самом деле будут делать то, что делают обыкновенные рейдеры. А мы будем сопротивляться. Судья запретил голосование акциями, арестовали все земельные участки. Все это группа рейдеров под руководством Палихаты, но на самом деле за ними стоят однозначно властные структуры.

По теме:

 

 

 

Источник: newsland.com

Смотрите также

Украинский дипломат: санкциям против Москвы осталось не более полугода

Санкциям против Москвы осталось не более полугода. Такие выводы после встречи президентов России и Франции …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *