Суббота , Май 30 2020
Последние новости
Главная / Государство / Идеи Ленина созвучны желаниям россиян.

Идеи Ленина созвучны желаниям россиян.

Идеи Ленина созвучны желаниям россиян.

 

Идеи Ленина созвучны желаниям россиян.

Идеи Ленина как ни какой другой стране были созвучны желаниям россиян.
Почему идеи Ленина так быстро захватили массы в Российской империи? Сам он писал, что это просто результат пропагандистской работы большевиков. Нужно только много кратно повторять одно и тоже и идеи охватят массы. Но ведь пропагандистов хватало и у противников Ленина. Кроме того, единства не было и в стане большевиков. Было множество и других марксистских направлений, которые затем стали преобладающими в Европе. Так почему же именно марксизм-ленинизм победил в наше стране?
Этого не понять, если не учитывать особенности России. И географические, и климатические, и историко-политические и многие другие. Так уж сложилось, что Россия — это особый мир. Мир со своими законами, со своим менталитетом, со своим пониманием правды и свободы.
Что характерно для России такого, чего нет в других странах мира? Что здесь есть такого, что органично для россиян и совершенно не укладывается в представления о «правильной жизни» что на Западе, что на Востоке, что на Юге, что за Океанами? Одним словом и не скажешь. Попробуем разобраться хотя бы в общих чертах.
Прежде всего это сочетание казалось бы несочетаемого в менталитете населения. Большинство россиян считают, что в стране необходима строжайшая дисциплина всех в сочетании с безграничной  волей. Правда,  дисциплина в России воспринимается не так, как принято в Европе.  Дисциплина в Европе — это человек- винтик в общем механизме. В России дисциплина — это человек- орган орган в едином коллективном существе. Винтик — везде винтик. Орган —  каждый по своему важен и незаменим. Для винтиков единые правила, для органов каждому свои. У первых, лёгкость управления, у вторых, большая выживаемость.
Или также знаменитая российская  «воля». Сколько уже написано о ее несоответствии «свободе» западников. Если кратко,  свобода последних — это ограничения в толкучке массы, воля первых — это безграничные возможности личности в ограниченности общности.  Свободным тесно в обыденности, вольным просторно в неизвестности.
Эта неизвестность требует своего ограничения, если ни ликвидации вообще. Просто иначе невозможно строить планы на будущее. А жить одним днём — это жить в вечном страхе завтрашних невзгод. Человек в России был вынужден преодолеть страх, чтобы жить спокойно. А преодолеть его можно было только познав неизвестное. Вот и двинулись на Восток отряды первопроходцев.
И что эти пионеры встретили? Несметные богатства на огромной территории. Люди здесь жили, но мало. Природа была настолько сурова, что любой неверный шаг грозил смертью.  На собственной основе местные народы могли влачить только жалкое существование выживания. Поэтому пришельцев встречали настороженно, но не враждебно. Основы их жизни, охота- рыболовство-пастушество, от прихода чужаков не только не пострадали, а даже усовершенствовались и облегчались. Ценности не совпадали, а потому мирно уживались.
В отличие от пионеров в Северной Америке, в Сибири и на дальнем Востоке условия для жизни, с которыми столкнулись первопроходцы, были невообразимо тяжелы. Но они забрались так далеко от родных земель, что возвращаться было смерти подобно. А местные богатства были огромны. Вот и стали постепенно обустраиваться и отсылать дальним родственникам обозы с добычей. Так постепенно развивались два потока: один — поселенцев на восток, второй — местных богатств на запад. Богатства манили, но и трудности их добычи пугали. Ясно было, что можно будет достичь многого, но и так же ясно было, что можно было потерять все, и даже саму жизнь.
И простые люди,  и власти видели безграничные возможности на востоке. Но и те, и другие ощущали свое бессилие. Прямо как в басне про лису и виноград. Поэтому освоение Сибири происходило форпостно, а чаще, самотёком.
Пушнина, лес, золото, продукты питания — все это можно было получить лишь ценой неимоверных усилий. Попытка решить проблему с помощью кнута-насилия (каторга) существенно ситуацию не изменила. Людей не хватало. Пряник тоже проблему не решал. Льготных переселенцев было мало. Да и на их обустройство и включение в общегосударственный хозяйственный механизм уходили не годы, а десятилетия.
Внешние соседи особо в освоении Сибири не досаждали. Так, пощипывали исподтишка.  У самих сил на серьезное освоение не было.
Так и сложился многовековой дискурс — российское богатство и бессилие. Даже не собака, лежащая  на сене, а спутанная этим сеном. Бессилие перед климатическими,  техническими, технологическими и людскими ограничениями на востоке породили многовековую тягу на запад и юго-запад у сибиряков. Бессилие  перед постоянным внешним давлением других народов и организационной внутренней неустроенностью породили у живущих на на Восточно-Европейской равнине многовековую тягу на восток. Постоянные внутренние разборки в купе с постоянными внешними угрозами и хронической нехваткой ресурсов во власти породили многовековую тягу к усилению связности и централизации.
В результате у россиян  сложилось парадоксальное  представление о своей отчизне как  синтезе богатства и бессилия с перспективой всемогущего ее будущего.
В силу указанных представлений надежды на будущее население в первую очередь связывает с эффективной властью. Эффективность же власти связывается с решительностью в подавлении неконструктивного своеволия. Россия веками страдала от бесчинств отдельных личностей и местных сумосбродов. Когда же достигалась временная жёсткая централизация, стране удавалось осуществление крупных меняющих жизнь проектов. Сама органическая сущность России такова, что ее существование возможно только при сильной централизации.  В общественном сознании складывался своеобразный образ идеальной власти, которая сочетает жёсткую диктатуру в подавлении  ограничителей развития сообщества в сочетании с широкой вольностью предпринимателей. Получалось, что главная задача власти — это нахождение оптимального баланса индивидуального и общественного в постоянно изменяющейся обстановке и ситуации, подкрепленное технологически и ресурсно.
Можно ли было достигнуть этого баланса в ходе тысячелетней истории страны? Иногда этого удавалось достичь, иногда нет. То мор, то войны, то склоки, то тупость  и воровство — что только не мешало сохранять устойчивость сфер связности российского сообщества. Фактически, естественные его противоречия позволяют достичь приемлемого для населения уровня существования лишь постоянно затрачивая усилия по предварительному созданию страхового  потенциала для преодоления возможных препятствий в развитии. Получилось похоже не просто на езду на велосипеде, а езду на велосипеде с прицепом. Естественно, что при такой многолетней перспективе требуется постоянная корректировка текущей деятельности, устранение любых крупных и мелких препятствий. Если этого не будет, то не будет и движения вперёд. А значит велосипед рано или поздно упадет, каким бы развитым искусством сюрпляса не владела власть. 
Ясно, что одним махом подавить противодействие развитию сообщества со стороны части населения, достигшей комфортного существования нелегко. Это  требует времени и постоянного контроля. Но это неизбежные издержки роста любого сообщества.
Но, конечно, созданное в подобных условиях государство неизбежно должно было нести в себе, в устройстве власти отражение этих особенностей. В первую очередь это формирование управленческих структур. Централизованное государство обрастало чиновничеством, которое проникало во все сферы жизни, сферы связности российского сообщества. Это в определенное время в период слома феодальной схемы управления сыграло  положительную роль. Но уже к середине ХIX века разрастание бюрократического аппарата стало тормозить экономическое  развитие страны. Проведенные тогда  реформы привели к разрастанию  предпринимательского сообщества и созданию условий для более свободной реализации низовых инициатив.  Но тормозом стало отставание производственной инфраструктуры государства. Только централизация власти и реализация управленческих решений прямыми указаниями руководства страны позволили изменить ситуацию. Возобновилось движение на восток на новом технологическом уровне.
Однако возник дисбаланс между развитием  городов и  глобальным деревенским бытом и хозяйствованием.  Основное население было привязано к земле, что тормозило развитие рыночных отношений и промышленного производства.
Стала очевидной необходимость очередного централизованного рывка инициированного «сверху», очередного силового подталкивания предпринимательства в сочетании с созданием новых возможностей для реализации возможностей населения.
Нельзя сказать, что в начале ХХ века руководство страны не осознавало возникших проблем. Были предложены более-менее реалистичные программы выхода из нараставшего кризиса управляемости. Но развитие протестных общественных движений, межгосударственные противоречия, войны и хозяйственный кризис, изменение политических реалий — все это привело к системному кризису власти.
Управляемость страной была потеряна.
И здесь пришло время Ленина. Если отбросить детали, то предложенная им формула управления страной сочетала развитие желаемой крестьянством  вольности в сочетании с диктатурой в государственном управлении. Но ведь так всегда и выходила Россия из кризисов на протяжении всей своей истории.
Более того, само оформление этой формулы в сочетании элементов традиционной российской общинности и создания социальных лифтов для активной части населения не могли не обеспечить массовую поддержку Ленина во всех слоях сообщества. Провозглашение справедливости как основы всех социальных отношений привлекало массы униженных и оскорбленных к большевикам. Рост рядов партии за лето  1917 года поразителен и не может быть объяснен примыканием карьеристов. Тогда у РСДРП(б) власти не было даже в зачатке. И именно тогда у большевиков сложилась общественная поддержка, которая в дальнейшем привела их к победе.
В дальнейшем были осуществлены преобразования, которые обеспечили грандиозный экономический рывок страны при всемерной поддержке большинства населения.
Проверкой соответствия проведенных преобразований глубинным потребностям  Российского сообщества стала Победа в Великой Отечественной Войне и дальнейший период восстановления страны. 
К началу 60-х годов в стране назрела необходимость нового рывка, спровоцированного технологической революцией. К сожалению,  руководство страны оказалось не готовым к следующему шагу, типичному для истории нашей страны, который напрашивался. Что имеется ввиду? Веками в России работала одна схема экономического роста — концентрация усилий власти на реализацию технологического  рывка при освобождении и поддержке  инициативы низов. Власти рывок заменили ползком. Наступил застой.
Сегодня жизнь вынуждает власти провести очередной рывок. Если он не будет осуществлен, то перспективы самого существования страны могут стать сомнительными.
Или Большой проект, или застой и разрушение. Это следует из самого анализа сущностных характеристик России, которые в свое время понял В И. Ленин, и которые необходимо понять властям нынешним.
Пусть это не понимают на Западе. Нам же лучше.

Россия — это другой мир. Не худший и не лучший, а другой. Это не особая цивилизация, как вариант организации сообщества. Это другой мир, как органическое сочетание природного, ментально-генетического, специфически общественно обустроенного в своей самобытности.

 

Источник: newsland.com

Смотрите также

Что изменится в России с 1 июня: выплата пособий на детей, старт ЕГЭ-2020, отмена банковского роуминга и другие нововведения

В числе ключевых поправок – отмена банковского роуминга, выплата пособий на детей от 3 до …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *