Вторник , Июнь 2 2020
Главная / Государство / План Путина: Отсидеться два года, а там нефть подорожает

План Путина: Отсидеться два года, а там нефть подорожает

План Путина: Отсидеться два года, а там нефть подорожает

На Западе набирает обороты реиндустриализация, но Кремлю она не нужна

24 апреля Банк России снизил ключевую ставку с 6% до 5,5%. Как заявила председатель ЦБ Эльвира Набиуллина, регулятор полностью пересмотрел экономический прогноз из-за пандемии COVID-19. Цены на нефть глава ЦБ считает самым весомым фактором ухудшения прогноза, наряду с падением внутреннего спроса и карантинными ограничениями.

Принятые меры для борьбы с пандемией тормозят развитие экономики, а также оказывают «значительное и продолжительное» дезинфляционное влияние, указывает ЦБ. Этот эффект даже компенсирует временные проинфляционные риски, связанные с падением цен на нефть. По прогнозу регулятора, годовая инфляция составит 3,8−4,8% по итогам 2020 года.

Подчеркнем: опубликован пока только базовый вариант прогноза. В нем средняя цена Urals составляет $ 27 за баррель в 2020 году, $ 35 в 2021 году и $ 45 в 2022 году. Прогноз предполагает 8% снижения ВВП во втором квартале с быстрым восстановлением, и выходом по итогам года на снижение 4−6% ВВП. Ранее в апреле рабочие оценки ЦБ по году составляли около 2% снижения ВВП.

По мнению аналитиков, 8% снижения ВВП — глубина искусственная из-за карантинных ограничений. Поэтому дальнейший быстрый восстановительный рост и отсутствие рецессии не кажутся фантазиями.

«При развитии ситуации в соответствии с базовым прогнозом Банк России допускает возможность дальнейшего снижения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Банк России будет принимать решения по ключевой ставке с учетом фактической и ожидаемой динамики инфляции относительно цели, развития экономики на прогнозном горизонте, а также оценивая риски со стороны внутренних и внешних условий и реакции на них финансовых рынков», — говорится в сообщении регулятора.

Спад экспорта в 2020 году ЦБ оценивает в 10,6−14,6%, и в ближайшие два года ожидает отрицательное сальдо платежного баланса (минус $ 35 млрд. и минус $ 18 млрд. в 2020—2021 годах).

Что принципиально, Банк России планирует потерять в 2020 году порядка $ 47 млрд валютных резервов и еще $ 20 млрд в 2021 году, но уже в 2022 году рассчитывает вернуться к накоплению. Это означает, что никаких структурных экономических реформ не планируется, а Фонд национального благосостояния (ФНБ) будет расходоваться по минимуму.

Тем временем экономика РФ, оставшись без нефтедолларов, требует срочных вливаний. Как заявил министр финансов Антон Силуанов, в 2020 году Россия должна будет нарастить заимствования, чтобы покрыть доходы бюджета, выпадающие из-за связанных с коронавирусом ограничений.

«Более триллиона рублей дополнительных средств заимствований пойдет на выпадение ненефтегазовых доходов», — сообщил министр в фильме Наили Аскер-заде «Опасный вирус. Экономика» на канале «Россия 1». Силуанов также напомнил, что на замещение выпадающих нефтегазовых доходов выделят 2 трлн. рублей из ФНБ.

Насколько верен прогноз ЦБ, что на деле ждет экономику России?

— Российские власти считают, что трудные времена нужно пересидеть, ничего не меняя по существу, — говорит экономист, научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного экономического университета Андрей Заостровцев. — Да, в таких условиях они могут кого-то поддержать, или ключевую ставку еще раз снизить — но никаких реформ точно не будет. Власти хотят сохранить статус-кво — экономическую систему, которая сложилась на протяжении последних десятилетий. Они полагают, что к 2022 году все наладится — нефть вернется к $ 50−60 за баррель, и у российской элиты все опять будет хорошо.

«СП»: — Насколько точны эти прогнозы?

— На мой взгляд, подобные прогнозы — во многом пальцем в небо. Если спросить аналитиков, которые их составляют, и они согласятся подробно отвечать, то конечно представят какие-то расчеты и модели. Но все это — сродни астрологии: реальная ситуация будет развиваться по собственным законам.

Проблема в том, что существует огромная неопределенность, прежде всего, связанная с коронавирусом. Сейчас ряд стран начинают уже ослаблять карантин, потому что экономика не выдерживает. Но вполне возможно, через месяц-другой после ослабления возникнет новая волна заболеваемости — и установится цикл «нос вытащишь, хвост увязнет», и наоборот.

Надежная вакцина, как говорят инфекционисты, появится в лучшем случае через полтора года. Притом, никто не дает гарантий, что такая вакцина будет изобретена. Напомню, синдром приобретенного иммунного дефицита (СПИД) был открыт еще в начале 1980-х. К настоящему моменту в мире с ВИЧ или СПИДом живет более 37 миллионов человек, каждый год появляется около 1,8 миллиона новых случаев. Тем не менее, вакцины против ВИЧ-инфекции до сих пор не существует — есть только лекарства, которые облегчают течение заболевания.

Никто не гарантирует, что эта история не повторится с COVID-19.

Вторая неопределенность — это нефть. Консенсусное мнение аналитиков — сейчас происходит спад в мировой экономике, а потом начнется подъем. Такую картину давали все прежние кризисы, и неважно, с чем они были связаны — с пандемией, войной или другими потрясениями. Вопрос только в том, насколько глубоким будет нынешний кризис, и какими будут его социальные и политические последствия — и как раз этого никто не знает.

«СП»: — ЦБ исходит из того, что кризис будет преодолен года через два. Это похоже на правду?

— Да, я тоже думаю, что к 2022 году начнется рост. Надо понимать: 2020-й год, с точки зрения роста, уже угроблен, в 2021-м возможно легкое оживление. В ЦБ считают, раз в 2022-м начнется рост, вверх пойдет и нефть — и мы вернемся к привычной модели экономики.

«СП»: — Почему, с точки зрения властей, в экономике ничего не надо менять?

— Их вполне устраивает система, которая имеет место. Для них она была вполне комфортна — потребности элиты удовлетворяла, причем в больших объемах. Зачем же ее менять, с какой целью?

Да, конечно, российская элита может немного поступиться доходами — если почувствует, что нарастает опасность социальных конфликтов. Но принципиальное устройство экономической модели и в этом случае изменится.

Я лично не вижу никаких предпосылок для реформ «сверху» в этом направлении. Ну а реформы «снизу» в России просто невозможны — для этого нет никаких рычагов.

«СП»: — Если в 2022 году роста не будет, а ФНБ исчерпается — власти пойдут на реформу экономики, на реиндустриализацию?

— Реиндустриализация становится тенденцией в мировой экономике — но к России это не относится. Глобальный рынок хорошо работает, если нет конфликтов, а сейчас у США разгорается крупный конфликт с Китаем.

У Америки, в том числе из-за «антивирусных» мер поддержки экономики, долг становится просто неподъемным. В такой ситуации у Дональда Трампа есть хитрый маневр: объявить, что Китай виновен в пандемии COVID-19 — утечка вируса произошла из лаборатории в Ухане, — и потому должен возместить ущерб Америке. Китай, конечно, ничего возмещать не станет — и тогда США могут объявить, что не будут отвечать по китайской части своего внешнего долга.

В этом случае, конечно, конфликт вспыхнет очень серьезный. Значительная линейка товаров, в том числе лекарств, которыми пользуется Запад, производится именно в Китае. КНР может в качестве ответа США заблокировать эти поставки — и что тогда Западу делать?

Здесь и становится востребованной идея реиндустриализации развитых стран. Чисто коммерчески, конечно, им выгоднее держать производство в странах Юго-Восточной Азии. Но в нынешних условиях такой подход входит в противоречие с интересами национальной безопасности.

В итоге, мир будет деглобализироваться. Скорее всего, Запад составит список отраслей, которые недопустимо выводить в другие страны, и установит необходимые административные и экономические барьеры. Но России этот путь заказан: в нашем случае реиндустриализации мешают неразвитость общественных институтов, колоссальная коррупция и проблемы с демографией.

— Прогнозы наших финансовых властей — что гадание на кофейной гуще, — уверен председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. — Метеорологи, как известно, не могут точно прогнозировать погоду более чем на несколько дней вперед. При этом процессы в природе жестко детерминированы физическими законами, а в обществе такой детерминированности нет — всегда присутствует субъективный интерес.

Если говорить о мире денег, присутствует интерес хозяев денег, облеченный в стратегические цели. Нашему правительству, совершенно очевидно, планы хозяев денег доподлинно не известны. Поэтому кабмину лучше было бы заниматься не гаданием, когда подорожает нефть, а реальным делом — спасением собственной экономики.

 

Источник: newsland.com

Смотрите также

В Украине ускорилось падение базовых отраслей экономики

Из-за карантинных ограничений Индекса производства

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *